Индивидуально. :) Основа, суть, содержание - весомы.Это всеобъемлюще дьявольский рисунок мощности повествования. :) Рекомендую к просмотру. :)👏
"К 1960-м годам, когда мир был охвачен модернистской волной («На последнем дыхании» Годара, «Восемь с половиной» Феллини), японский кинематограф обрел в лице японского режиссера Хироси Тэсигахара художника, способного говорить на универсальном языке абсурда, не теряя своей национальной идентичности. В отличие от многих коллег, Тэсигахара использовал экзистенциализм Альбера Камю и Жан-Поль Сартра не как заимствование, а как линзу, через которую преломлялся специфический послевоенный опыт Японии.
Расцвет творческого пути Хироси Тэсигахара пришелся на долгосрочный союз с писателем Кобо Абэ и композитором Тору Такэмицу. Их первый совместный фильм, «Западня» (1962), где главный герой оказывается во власти потусторонних сил в заброшенном шахтерском городке, лишь предвосхитил ту степень изобразительной синергии, которой они достигли двумя годами позже.
Исходный текст Абэ, опубликованный в 1962 году, стал первым крупным произведением писателя, переведенным на английский, и мгновенно был признан шедевром послевоенной японской литературы. Формально сюжет прост: учитель и энтомолог-любитель Ники Дзюмпэй отправляется в экспедицию за новыми видами насекомых, пропускает последний автобус и, движимый гостеприимством деревенских, спускается в песчаную яму к одинокой женщине. Наутро лестница исчезает, и он понимает, что стал пленником, обязанным бесконечно вычерпывать песок, угрожающий похоронить его новое пристанище."(с)
"Однако за этим тревожным синопсисом скрывается глубокая экзистенциальная притча. Дзюмпэй — ученый, «человек систематизирующий». Он привык описывать мир, классифицировать его, подчинять логике. Песок же — это абсолютная энтропия, вечное становление, не знающее покоя. Среда обитания здесь оказывается агрессивнее персонажа. В своем произведении Абэ сталкивает порядок и хаос, воду (живительную влагу) и песок (сухую смерть). Но здесь главное — метафора самого японского общества десятилетней давности, после ядерной катастрофы, где незыблемость старой вселенной сменилась зыбучим песком нового мироощущения.
Картина не стремится к буквальному копированию текста, а, напротив, вступает с ним в диалог, перерабатывая абстрактные идеи в зримые и осязаемые образы. Одним из главных отличий ленты Тэсигахара от прозы Абэ становится наделение песка агентностью — то есть правом голоса и действия. В романе песок — враждебная, но все же пассивная сила давления. В фильме же Такэмицу написал музыку, где скрежет песка и завывание ветра становятся частью партитуры. Через экран буквально слышится, как песок шуршит и скользит по телу, проникает всюду, заполняя не только пространство ямы, но и хронометраж картины. Этот прием позволяет режиссеру сделать стихию полноправным антагонистом, тогда как в книге акцент смещен на внутренние монологи героя.
Разница ощутимо кроется и в трактовке женского образа. В романе Абэ, писателя-мужчины середины XX века, женщина часто остается загадочным, почти архетипическим существом. В фильме же благодаря игре Кёко Кисиды, она не просто становится частью ландшафта и функции выживания, а воплощает плоть от плоти этого мира. В то время как герой Эидзи Окады мечется в поисках выхода, она давно заключила сделку с необратимой реальностью: работа ради выживания, секс как часть распорядка, смирение и покорность — как форма существования."(с)
"Ответ на второй не менее важный затронутый вопрос показывает, что рутина в фильме Тэсигахара не является драматическим конфликтом. Философская традиция, идущая от Мартина Хайдеггера, различает «озабоченность» как погруженность в повседневные дела и «экзистенциальное сознание» как способность видеть свою конечность. В «Женщине в песках» второй полюс постепенно исчезает и в этом смысле рутина выполняет функцию, обратную привычной: не структурирует время ради высвобождения досуга, а заполняет его целиком, не оставляя зазора для тревоги."(с)
"Трактовка Хироси Тэсигахара получилась значительно пессимистичнее книги именно благодаря своей образности. Показной оптимизм Дзюмпэя в последних кадрах не внушает доверия; его улыбка — это улыбка человека, который научился не замечать пыли в собственных легких, пройдя путь от изнурительного бегства к мнимому освобождению. Прежде всего это не победа духа, а победа инстинкта самосохранения, сменившего маску с «борьбы» на «миссию». Режиссер снимает это без осуждения и без сантиментов — ровным, объективным взглядом натуралиста, изучающего жизнь в бескрайней песчаной норе. Именно эта сдержанная жестокость делает «Женщину в песках» вневременным произведением, столь же актуальным в эпоху социальных сетей и бесконечной «работы над собой», как и шесть десятилетий назад, когда песок только начинал шуршать под ногами потерянного XX века."(с)
Источник:
https://darkermagazine.ru/page/peschanyj-kapkan -Антонина Григорьева
